С новым вождем!

Борьба за власть между его преем­ником Ким Чен Ыном и верхушкой элиты если и идет, то под ковром. Мы расспросили главного российского специалиста по КНДР Андрея Ланькова о том, что и как про­исходит сейчас в Северной Корее.
– Есть какие-то изменения в стране?
– Пока все идет по-старому. Все прошло именно так, как намечал покойный маршал Ким Чен Ир. Его молодой сын признан новым Вождем, в честь которого слагают оды, а реальная власть пока находится в руках тех людей, которые и ранее намечались в советники нового руководителя. Список этих людей извес­тен с 2010 года. Им под семьдесят и даже за семьдесят. В первую очередь это сестра Ким Чен Ира Ким Кен Хи и ее муж Чан Сон Тхэк, а также начальник Генераль­ного штаба Ли Ен Хо. Все они были на первых ролях в политической жизни страны на протяжении 15-20-ти лет.
– В КНДР Ким Чен Ына называют гением, а на Западе пишут, что он не показал ни одного таланта, кроме умения есть. Истина где-то посередине?
– Ну вкусно и обильно поесть все в семье Кимов всегда любили, и особого недостатка в этом нет. Что касается его талантов или их отсутствия, то об этом ровным счетом ничего не известно. Все рассказы основаны на слухах. Еще два го­да назад мы даже не знали, как правильно пишется имя нынешнего северокорей­ского лидера. Оно писалось с ошибкой: Ким Чон Ун. Информация о личных качествах нового лидера исходит от японского повара, который для Кимов суши резал.
– А почему о Ким Чен Ыне до сих пор ничего известно не было?
– Состав семьи Кимов является госу­дарственной тайной, об этом в газетах не пишут и иностранцам не говорят. Сколько в семье детей, кто они – точно неизвестно. Известны имена четырех детей покойного Великого Руководителя, но говорят, что их больше. Некоторые даже называют имена других детей, но существуют ли эти дети в природе, неизвестно.
– Почему Ким Чен Ир выбрал млад­шего сына, а не кого-то из старших?
– А кто ж его знает? Слухи, конечно, ходят, но к ним надо относиться скептически. Самым логичным кандидатом был бы, конечно, старший сын Ким Чон Нам, который сейчас живет в Макао. В свое время его потенциальным наследником и считали. Однако почему-то между ним и отцом кошка пробежала. Обычно это связывают с неудачной поездкой Ким Чон Нама в Японию, где он был в 2001 году арестован иммиграционными властями за попытку въехать в страну по фальши­вому доминиканскому паспорту, но дело, скорее всего, в чем-то другом. В любом случае старший сын попал в немилость и в последнее время даже позволяет себе весьма вольные высказывания в при­сутствии иностранных журналистов.
– А сейчас братья Ким Чен Ына мо­гут вмешаться в борьбу за власть?
– Вряд ли. У старшего сына просто нет такой возможности. Он живет в Макао и серьезных политических контактов в Пхеньяне не имеет. О втором сыне кро­ме того, что он любит западную рок-музыку, вообще ничего не известно.
– Перебежчики из Северной Кореи призывают соотечественников к революции. Но готов ли к ней народ?
– Абсолютно не готов. Народ живет очень бедно, Северная Корея – самая бедная страна Восточной Азии, но бедности для революции недостаточно. Требуется, чтобы люди знали о существовании альтернатив, чтобы были какие-то автори­тетные лидеры, чтобы существовали ка­кие-то легальные или полулегальные организации, независимые от власти, пусть и не политические (например, религи­озные). Но ничего этого в КНДР нет.
– Судя по некоторым интервью с перебежчиками из Северной Кореи, люди там начинают критиковать власть.
– Это безусловно так. Но это очень мягкая критика, скорее даже – осторожное ворчание, где-то на уровне советских 60-х годов, когда можно было при упоминании имени генсека хмыкнуть или пошутить по поводу качества советской продукции. Там пока даже до анекдотов по поводу семьи Кимов дело не дошло.
КНДР при Ким Чен Ире стала заметно либеральнее, хотя этого никто не заметил. Сообщения об улучшении ситуации в КНДР вообще до мирового читателя не доходят. Вот два примера. Каждую осень в мировых СМИ пишут, что Северная Корея находится на грани голода. К январю становится ясно: голода в КНДР нет. Формируется такое впечатление, что страна находится в состоянии эко­номической катастрофы. Это не так. Голод с массовыми смертями остался в кон­це 1990-х. После 2000-2002 годов от голода в стране никто не умирает. Люди питаются плохо, рис остается повседневной едой только в богатых домах, но при этом в последние семь-восемь лет экономическая ситуация в КНДР постепенно улучшается. Или другой пример: периодически нам начинают рассказывать, что в КНДР увеличивается размах репрессий. При Ким Ир Сене там действительно за политику сидело больше людей, чем в СССР при Сталине, но при Ким Чен Ире сажали существенно меньше. Например, в 1995-96 году отменили принцип семейной ответственности. До этого на протяжении примерно 40-ка лет, если человек совершал политическое преступление, в лагерь отправляли не только его, но и всех членов семьи, которые были прописаны по тому же адресу. Делалось это автоматически. Сейчас такая практика прекращена.
– А в чем причина либерализации?
– Думаю, что Ким Чен Ир по характеру был куда более мягким человеком, чем Ким Ир Сен. Он сажал столько, сколько нужно было, чтобы остаться у власти.
– Возможны ли какие-то изменения во внешней политике Северной Кореи?
– Нет, а какие изменения тут могут быть? Ядерное оружие они сдавать не собираются, что вполне понятно.
Илья АЗАР